Президент Кипра поддержал Карпова в борьбе за пост президента ФИДЕ

На Кипр меньше чем на сутки прилетал 12-й чемпион мира по шахматам Анатолий Карпов. Во вторник вечером гроссмейстер дал интервью еженедельнику «Европа-Кипр», в среду утром встретился с президентом Республики Кипр Димитрисом Христофиасом, а чуть позже принял участие в шахматном празднике в деревне Омодос. Беседа с президентом проходила на русском языке. В ходе нее Христофиас поддержал Карпова в борьбе за пост президента ФИДЕ, выборы которого состоятся в сентябре в Ханты-Мансийске.

Андрей АВСИТИДИЙСКИЙ

В последнее время Анатолий Карпов стремительно перемещается по миру. На прошлой неделе он побывал на Багамах и Кубе, в Перу и Боливии. На Кипр прилетел из Египта. Улетел в Москву, а на следующей неделе уже будет в Китае. По мнению Анатолия Евгеньевича, все объясняется предельно просто — в шахматном мире назрели перемены, и он готов возглавить этот процесс.

Напомним, что с 1995 года президентом ФИДЕ является президент Калмыкии Кирсан Илюмжинов. Суть конкретно-исторического момента заключается в том, что за 15 лет многие от него устали. В первую очередь — ведущие европейские федерации и многие гроссмейстеры. Накануне сентябрьских выборов Карпов — единственная альтернатива Илюмжинову.

— Когда у вас созрело внутреннее решение выдвигаться в президенты ФИДЕ и что именно послужило причиной этого?

— Зрело это решение долго. Я собирался выдвигаться еще четыре года назад, но не сделал этого по ряду обстоятельств. Сейчас же настроен предельно решительно. Не так просто бороться с командой, которая 15 лет руководит ФИДЕ. Во-первых, многие просто не верят, что ее можно победить.

Вторая проблема — люди запуганы, они постоянно находятся под угрозами, а это тяжело. Я начал ездить по разным странам, встречаюсь с людьми, которые ничего не получают от Международной шахматной федерации, и все равно чего-то боятся.
Диалоги у нас нередко получаются «замечательные»:

— Вы что-то получаете от ФИДЕ?
— Нет.
— И все равно боитесь?
— Да.
— А чего именно боитесь?
— Мы боимся.

В этой связи мне вспоминаются сталинские времена в СССР. Удивительно, что в мире это довольно часто встречаемое явление. Как можно бояться руководителя международной спортивной федерации? Что он может сделать? Максимум — не дать провести какие-то соревнования, куда-то не пустить. Но так в большинстве своем люди и этого не имеют! Так чего вы боитесь?

Мне это напоминает советский анекдот. Два человека сидят на скале на Крайнем Севере, и один начинает рассказывать политический анекдот. Второй на него шикает — тише, мол, сошлют ведь! В отдельных частях шахматного мира люди XXI века напоминают мне тех, советских, что сидят на берегу Северного Ледовитого океана.

— В чем, на ваш взгляд, заключаются основные претензии к Илюмжинову?

— Волюнтаризм в принятии решений. Отсутствие порядка. Хаотичность реформ, которые привели к снижению статуса чемпиона мира. Отсутствие постоянной работы с федерациями, входящими в ФИДЕ.

А ведь можно использовать Интернет, развивать учебные программы — во многих странах они идут, и я это доказываю на своем опыте. Я этим занимаюсь уже 22 года. У меня открыты шахматные школы и центры в 26 странах мира и 23 областях России. Поскольку мой конек — программы, оппоненты тоже сейчас начинают рассказывать, что они что-то делают.

Нынешним руководством ФИДЕ не соблюдаются свои же решения. С 2000 года Международная шахматная федерация, не вылезая, сидит в арбитражном суде в Лозанне. В отдельные годы до 10 процентов бюджета ФИДЕ уходит на судебные издержки. А это большие деньги, которые могли бы пойти на пенсии гроссмейстерам, всю жизнь отдавшим шахматам.



— Что вы можете предложить шахматному миру в случае своей победы? В чем суть вашей программы?

— Во-первых, вернуть шахматам популярность. За иллюстрациями этого тезиса далеко ходить не надо. Достаточно вспомнить города, где мы играли матчи с Каспаровым: Москва, Санкт-Петербург, Лондон, Севилья, Лион, Нью-Йорк. Сейчас играют в Элисте, Нальчике, Баку, Джермуке. София — это уже счастье. В 1990 году на матче в Лионе были зарегистрированы 678 иностранных журналистов. А на недавнем матче Ананда с Топаловым в Софии я увидел четверых.

Во-вторых, надо поднять престиж ФИДЕ. Мы сразу же подпишем соглашения о сотрудничестве с крупнейшими международными федерациями — ЮНИСЕФ и ЮНЕСКО. Это, несомненно, поможет национальным федерациям.

В-третьих, думаю, что за короткое время я смогу решить вопрос с деньгами. Найдя генеральных спонсоров — таковыми будут компании, имеющие филиалы во многих странах — мы сможем найти и спонсоров для региональных программ.
Нынешняя команда показала свою безнадежность именно в этом направлении. За 15 лет у ФИДЕ никогда, даже на короткий промежуток времени, не было генерального спонсора. Были спонсоры на отдельные соревнования, но не более того.

— Каков сейчас расклад по голосам за Карпова и Илюмжинова?

— Компания только начинается. Регистрация кандидатов в президенты прошла всего неделю назад. Зарегистрированы два кандидата. В Европе подавляющее большинство федераций на моей стороне — соотношение сил в мою пользу примерно 4 к 1.

Серьезная борьба идет в Центральной и Южной Америке, где сильны позиции команды Илюмжинова. Есть позитивные для меня сдвиги. На днях в Пуэрто-Рико состоялась чрезвычайная конференция. Президиум заседал 12 часов. Результат голосования — 7:5 в мою пользу.

Президент федерации отказался подписывать протокол. Тогда президиум созвал чрезвычайный съезд, уполномоченный решать кадровые вопросы, и президент был смещен. Возможно, его путь предстоит проделать многим, кто препятствует обновлению.

— Как сейчас складываются отношения с Гарри Каспаровым? Был ли переломным тот момент, когда вы пришли к нему в СИЗО?

— Я думаю, что да. В личных отношениях наступил перелом. Он не ожидал этого. Я оказался там первым из людей, ну, кроме его матушки, конечно. Все остальные были в шоке и не отважились это сделать. Его точно так же волнует падение престижа шахмат и значимости звания чемпиона мира.

Вы знаете, я стал гроссмейстером ровно 40 лет назад — 30 июня 1970 года. И за эти 40 лет я не помню такого единства гроссмейстеров. На сегодняшний день большинство ведущих шахматистов находятся вместе, а локомотивом этого объединения является союз двух непримиримых чемпионов.

— Что вы можете предложить малым федерациям? Таким, например, как Кипр?

— Если и когда я выиграю, то контакты со мной и моим офисом не будут всего лишь раз в четыре года, они будут постоянными. Мы будем решать проблемы федераций, будем проводить общие семинары по подготовке тренеров, педагогов и арбитров. Учебные программы, которыми я занимаюсь уже 22 года, они будут касаться и малых стран, и больших.

Очень важной для многих федераций будет отмена или частичная оплаты за международные звания. Зачем это ввели? Чтобы собирать деньги с федераций, в том числе и малых? Смысл ФИДЕ заключается в том, чтобы объединить национальные федерации и шахматистов, а не собирать с них деньги. А объединить можно совместными соревнованиями, чемпионатами мира, континентов и международными званиями.


Факты

За 15 лет во главе ФИДЕ Кирсан Илюмжинов ни разу не был на Кипре.

Вице-президент ФИДЕ грек Георгиос Макропулос за 15 лет также ни разу не был на Кипре. Узнав о визите Карпова, он решил не мешкать — в это воскресенье, 11 июля, он прилетит агитировать за Илюмжинова.

Карпову проще назвать те страны, в которых он не был, чем те, в которых был.

Илюмжинова поддерживает глава администрации Дмитрия Медведева Аркадий Дворкович.

Раскол в Российской шахматной федерации (РШФ) привел к силовому захвату офиса РШФ.


Фото

Анатолий Карпов и Димитрис Христофиас говорили по-русски

За неделю до визита на Кипр — сеанс одновременной игры в Перу